На два голоса

Поющие вместе

Их творческий багаж пока невелик — несколько песен, одна из которых недавно буквально взорвала социальные сети и радикально изменила наши представления о современной ижевской музыке. Трудно поверить, что красивый, профессионально исполненный трек Love remind yesterday был создан не в одной из мировых музыкальных столиц, а в российской провинции, в промышленном городе, никогда не претендовавшем на лавры «фабрики звезд». Разве что уровень английского выдает в обаятельных певцах «парней из соседнего двора», но голоса диапазоном в четыре октавы — более чем серьезный аргумент в пользу того, чтобы простить временные огрехи произношения. 16-летние дарования, известные поклонникам как дуэт Rauf&Faik, стали гостями редакции Gorod`a и рассказали об источниках вдохновения, «вокальной» диете и пути в искусстве, который теперь у ребят расписан, как по нотам...

Первый и самый, наверное, часто задаваемый вопрос — вы близнецы, двойняшки? На первый взгляд и не скажешь, что вы братья...

Фаик (Ф): Мы близнецы. Я старше Рауфа, опередил его на 10 минут, а он потом обогнал меня на 10 сантиметров в росте.

Рауф (Р): Действительно, многие говорят, что мы не похожи внешне. Но когда присмотрятся, берут слова обратно.

Ф: Мы разные по характеру. Это точно! Я экстраверт, а брат — интроверт. У меня всегда все на эмоциях, чуть что, сразу паника. А Рауф — само спокойствие. Так что мы играем свои роли, и в этом друг друга дополняем.

А в процессе творчества так же — у каждого своя роль?

Р: Нет, мы оба играем на фортепиано, пишем слова, делаем аранжировки. Разделения обязанностей нет. Творим вместе.

Ф: Иногда Рауф читает текст, который я сочинил, а потом правит его. А потом я еще раз. И так пока не получится то, что нравится.

Р: Свою вокальную деятельность мы начали в Доме детского творчества. Там мы учились с 8 до 12 лет, ездили на вокальные конкурсы. Потом мы пришли в эстрадную студию «Выше радуги».

Ф: Там преподаватель по вокалу задал именно то стилистическое направление, которое действительно нам близко. Когда мы только пришли в студию, то не знали, что и как петь. Какая музыка нам больше подходит, как ее сочинять? Но сейчас все изменилось. Мы созрели, и чувствуем это.

Р: Еще год назад мы даже не рассчитывали, что свяжем свою жизнь с музыкой. Думали, что придется искать более прозаические профессии, а творчество останется с нами на уровне хобби. Но то, что происходит сейчас — сотни «лайков» на «ютубе», предложения о выступлениях в кафе, клубах, на мероприятиях, интерес продюсеров, — дает нам надежду реализоваться именно на сцене. Все это нагрянуло так неожиданно!

Ф: Да, очень неожиданно. Мы просто записали одну песню и сняли клип. То есть, как «просто»... Специально для этого съездили в Казань и много-много работали, пели в кафе и на свадьбах, чтобы купить все необходимое для профессиональной записи звука.

Р: Думаю, что это все пришло не случайно! С пяти лет мы мечтали стать профессиональными артистами и петь для целых стадионов.

Откуда такие способности и амбиции? Вы выросли в музыкальной семье?

Ф: Инициатором того, что мы начали петь, отчасти была наша мама. Мы — азербайджанцы, а это, как известно, весьма музыкальная нация. Наш дедушка жил в Баку, много лет был оперным певцом, директором оперного театра. Мама часто говорила, что мы поедем к нему в гости и он научит нас петь. Но когда нам было всего пять лет, деда не стало. К сожалению, мы никогда его не видели, и, занимаясь музыкой, мы в каком-то смысле стараемся продолжить династию, пусть уже в других музыкальных жанрах, далеких от классики.

Р: Видимо, все сошлось — и генетически передавшиеся способности, и национальные особенности. Правду говорят, что нечасто можно встретить представителя народов Кавказа, который не умеет петь.

Ваш стиль напоминает Сэма Смита или Эда Ширана. Много узнаваемых моментов. Не удивлюсь, если эти музыканты — ваши кумиры. Признавайтесь, так ли это?

Р: Наши любимые певцы — Майкл Джексон и Сэм Смит. Смит — самый любимый! Он настоящий виртуоз и главный источник нашего вдохновения. Он фантастически владеет голосом, но при этом находит для своих песен очень простые и понятные многим гармонические сочетания. Мне кажется, что наша музыка похожа на то, что он делает. Точнее, так говорят окружающие. И я не стану от этого отказываться.

Ф: Когда я вижу, чего достиг Сэм как автор и исполнитель, то думаю: а чем мы хуже его? Он такой же человек, как и мы. А значит, возможно дотянуться до любых высот! Крис Браун в 16 лет записал свой платиновый альбом. Вы только представьте, в 16 лет! И он, кстати, ради этого бросил школу. А мы бы хотели прославить Россию на мировом уровне, хотим, чтобы красивая, профессионально сделанная музыка пришла, наконец, на смену сегодняшней «попсе».

Вы тоже собираетесь ради музыки бросить школу?

Р: Ни в коем случае! У нас экстернат или «семейное обучение». Программу, рассчитанную на два учебных года, мы осваиваем за год. В таком режиме ты можешь хоть 11 классов закончить — главное, осилить все это в полной мере.

Ф: А я, честно говоря, не очень люблю учиться! Я люблю заниматься музыкой. После уроков, в каком классе мы бы не учились, я всегда бежал в музыкальную школу. Каждый день одно расписание: до 13:20 уроки, потом «музыкалка» — уже до упора. Знаете, мы вообще очень мало спим, но много делаем.

Кроме сна, от чего еще приходится отказываться, чтобы все успеть? Друзья, тусовки, развлечения — есть ли этому место в вашей жизни?

Р: Нас очень часто зовут «гулять». Но мы не идем, не думаю, что эти прогулки пойдут нам на пользу. В отличие от многих ровесников, мы, к примеру, алкоголь никогда не пробовали. Нам это не интересно.

Ф: Во-первых, нас отлично воспитали — спасибо маме. И мы знаем, что такое хорошо, а что такое плохо. Во-вторых, нам религия не позволят вести определенный образ жизни, я имею в виду — употреблять алкоголь, тусоваться ночи напролет. Ну, и главное, третье — у нас просто нет к этому влечения.

Р: Хотите верьте, хотите нет, но голова забита музыкой настолько, что даже мыслей сделать что-нибудь «эдакое» не возникает. Вообще, у нас пять друзей. Ни больше, ни меньше. Мы знаем их с раннего детства и общаемся только с ними.

А как же девушки? Неужели за вами не еще бегают толпы «фанаток»?

Ф: У нас пока нет девушек. Мы ни с кем не встречаемся...

Р: Скажу так — девушки нас вдохновляют!

Ф: Например, кто-нибудь разобьет сердце, наступает вечер, от переживаний приходит вдохновение, мы садимся, и за 5 часов рождается музыка! И слова, и минус, и аранжировка. Так мы написали, например, композицию «Перелетим океан». Спасибо одной прекрасной девушке за это!

Такой правильный образ жизни как-то связан с музыкой? Все вокалисты говорят, что голос — это инструмент, который необходимо настраивать, держать в тонусе, следить за его «исправностью». Как вы следите?

Ф: Не скажу, что мы следим за голосом каким-то особенным способом. Нет. Просто соблюдаем простые правила. Например, от шоколада связки «слипаются», а семечки застревают в горле на три недели и могут даже ранить связки. Поэтому поддерживаем своеобразную «вокальную» диету.

Р: Вообще, на голос влияет много факторов, иногда непредсказуемых. Бывает, что в какой-то день я просто не могу петь. И ничего с этим не поделаешь. Поэтому все вокалисты, и мы — не исключение, ходят к фониатору.

Ф: Кстати, у нас сейчас период голосовой мутации! Поэтому у преподавателей и фониатора мы в «зоне особого внимания»!

Р: Да, у Фаика это началось в 12 лет, а у меня — в 13.

Что началось? Мутация?

Ф: Да, голос начал «ломаться». Как-то раз я пою, пою, как обычно, и чувствую — что-то не то. Что-то — это высокие ноты, которые начали срываться. За неделю мой голос понизился на октаву.

Р: Это очень много! Семь нот!

Ф: Когда я понял, что происходит, то ревел. Боялся, что мой сильный голос никогда не вернется. Это было ужасно! Я не знаю, какой у нас будет голос через год.

Р: Кстати, диапазон у нас одинаковый — четыре с половиной октавы, считая писк и фальцет. У Рауфа голос более «мясистый». А у меня — помягче. В этом нам повезло с природой. И вообще, повезло, потому что сочинять музыку с братом — это очень круто! Я не представляю, как можно закрыться в комнате, сесть за фо-но и в одиночку написать композицию.

Ф: Мы творим всегда вместе, это действительно так. Такими уж мы родились (смеется).

Вы наверняка задумываетесь о том, что же будет дальше. Учиться вам осталось совсем немного. Как многие молодые и талантливые, мечтаете покорить Москву?

Р: Мы очень долго думали об этом. У нас есть возможность поехать в Музыкальный колледж Беркли. Особенность этого учебного заведения — специализация на новейших неакадемических музыкальных направлениях. Чтобы поступить туда, нужно доказать свой талант. Спеть перед жюри и доказать, что ты — тот, кто им нужен.

Ф: Мы уже несколько месяцев усиленно учим английский язык, работаем над произношением и скоро планируем сдавать TOEFL (ТОЕФЛ — международный экзамен по английскому языку как иностранному, — прим. ред). Но в перерывах между всем этим меня посещает мысль — стоп, а вдруг мы не зря родились в России? Вдруг наше предназначение — быть здесь и развиваться самим, развивая музыкальную индустрию страны.

 

Досье:

Фаик и Рауф Мирзаевы

Родились в Ижевске 07.07.1999.

Заниматься музыкой начали в Доме детского творчества Первомайского района.

Позднее стали учениками детской вокальной студии «Выше радуги» под руководством Геннадия Юсима.

Сегодня продолжают обучение в ижевской ДШИ №2.

Пишут музыку и стихи.

В 2015 году собственными силами сняли клип на песню Love remind yesterday




Loading